Горечь поражения…
Да, и такой вкус должен почувствовать каждый из нас. Будь то начинающий или профессионал, но в карьере каждого переводчика бывают неудачи и грубейшие ошибки, которые иногда могут повлечь самые серьезные последствия.
Сравнительно недавно и со мной произошла подобная ситуация. Не могу сказать, что тематика переговоров или их уровень были слишком серьезны и ответственны, но что-то заставило меня несколько растеряться. С самого начала все пошло как-то скомкано и уж слишком «шершаво». Абсолютно не пытаясь себя оправдать, хотелось бы все-таки назвать несколько вероятных причин, которые могли повлиять на мою, так сказать, переводческую сноровку. Я еще далеко не профессионал, но все же опыт внезапных командировок имею. Переводить приходилось и в более экстремальных условиях в отсутствие всякой дополнительной информации о тематике переговоров, их участниках и основной направленности нашей стороны. Однако в этот раз ситуация была слишком спонтанной, а участники переговорного процесса, как назло, весьма серьезными людьми. Поэтому им совсем не хотелось «выделить» абсолютно не знающему тематики переговоров переводчику хотя бы несколько минут на «раскачку». Ведь не каждому специалисту, в отличие от переводчиков, понятно, что нам необходимо некоторое время на то, чтобы, так сказать, разговориться. Потому то в начале беседа начинается несколько медленно. На мой вопрос о теме переговоров один из членов нашей делегации ответил: «…что-то там о транспортной авиации…». Меня ничуть это не спугнуло, так как с данной тематикой я знаком и еще что-то, но все-таки помню, хотя и работал довольно давно. Однако с началом мероприятия выяснилось, что речь ведется далеко не о закупках или технических характеристиках транспортных самолетов, а о юридических тонкостях перелетов и учете налоговых обязательств нашей стороны по отношению к странам, над которыми полетят «наши грузы», причем все это надо было решить как можно быстрее. Некоторое замешательство – и я снова продолжаю выкручиваться, пытаясь уловить мысль, которую быстро цитирует иностранная сторона из рамочного соглашения, подписание которого на самом деле и является истинной темой консультаций. Далее хотелось бы заметить, что перевод был с английским, который у меня является вторым, а первым, в свою очередь, является восточный язык. К сожалению для меня, он был у меня далеко не на том уровне, чтобы так свободно оперировать юридическими терминами (другое дело мой арабский здесь пришелся бы очень даже к стати). К тому же устно уже больше года я работал исключительно с арабским, свой английский я оставлял лишь на письменные переводы (хотя и разнородной тематики). Плюс ко всему, большая часть делегации с нашей стороны знала английский и свободно могла обходиться без переводчика. Поэтому, что первая, что вторая стороны, ни сколько не смущаясь, не договаривали часть информации, понимая ее «по инерции». Но вот у переводчика (т.е. меня) дела с этим обстояли хуже. Я, естественно, не мог вникнуть во все детали без дополнительных разъяснений.
И так, результатом вышеприведенных обстоятельств стали несколько моих запинаний и ошибок, которые к моему счастью были вовремя исправлены коллегой со второй стороны. Благо он оказался более опытным переводчиком и полностью понял мое положение. Он ни сразу перехватил «бразды перевода», давая мне время собраться с силами и начать нормальный перевод. Однако участники консультаций ждать совсем не хотели. В итоге, мой иностранный коллега, тактично перебив меня несколько раз, а затем, спросив моего разрешения, взял перевод на себя. Так стыдно мне не было еще никогда. Я был готов провалиться сквозь землю и проклинал тот день, когда выбрал профессию переводчика. Мне казалось, что все – на этом моя карьера кончена. Но в перерыве этот переводчик, видя мое состояние, подошел ко мне и с улыбкой сказал, что ничего страшного в этом нет. И что, оказывается, и у него была подобная ситуация, даже несколько. Причем последняя совсем недавно и тоже с его вторым языком. Он действительно успокоил меня и дал понять, что ни в коем случае отчаиваться не стоит. Так или иначе, до конца переговоров я молча наблюдал за его виртуозной работой.�
Такое случается, когда не получается уделять обоим языкам одинаково времени и сил. Поэтому во время активной работы с одним, забывается второй. В подобной ситуации нужно, наоборот, заняться собой, найти пробелы и начать совершенствовать свои навыки. Чем я, собственно говоря, и занялся по приезду домой, протестировав себя и разработав примерный план по восстановлению утраченных знаний во втором языке.
Уже дома, перелистывая старые записи, я вспомнил одну очень опытную преподавательницу по обще-политическому переводу арабского языка в моем университете, которая однажды сказала, что «еще ни один профессиональный переводчик не состоялся как профессионал, хотя бы раз в своей жизни не сорвав своим переводом переговорный процесс». И эти слова совсем не направлены на то, чтобы оправдать переводчика, сорвавшего переговоры. Они должны дать понять каждому переводчику, от малого до велика, что ошибок (даже на высоком уровне) бояться не стоит, их надо исправлять, используя как «подставку» для преодоления еще более высоких преград на тернистом пути переводчика.